Аномальщик - 2 [СИ] - Андрей Розальев

Ещё одна дверь… на этот раз в квартиру. При падении дома её смяло буквой S, и между металлом двери и металлом косяка можно протиснуться. А дальше по проходу всё наглухо завалено, и сзади тоже. Похоже, смятая дверь встала как-то ребром между плитами, и не дала им схлопнуться.

Насколько помню, там должна быть двухкомнатная квартира, причём одна комната прямо напротив входа. А сбоку — туалет. И стон, кажется, раздаётся именно оттуда.

Спускаюсь ногами вниз, нахожу опору. Немного пинаю ногами, чтобы убедиться, что стою ровно. Кажется, это косяк прохода вдоль комнат. Сейчас никакого прохода нет, но косяк есть, и на нём можно стоять. А вот дверь в туалет, обычная, деревянная, сохранилась.

— Чарли, проверь, есть ли ещё в квартире кто-то, — отдаю я команду.

Сверху, из дверного проёма, выглядывает Майя, из-за двери туалета доносятся стоны, и снова — полный нестерпимой боли вопль.

— Кто там? — кивает Майка головой.

— Не знаю, не отвечает…

Я работаю монтировкой, чтобы расковырять дверь. А её как будто их дуба морёного делали, не поддаётся. Вдруг понимаю, что не поддаётся, потому что зажата покосившейся плитой, и вообще, возможно, эта перекладина сейчас несколько тонн держит, расковыряю — и тут что-нибудь просядет. Вместо этого врубаюсь в филёнку, и вот она поддаётся. Через минуту у меня получается сделать проход в туалет.

Поначалу я даже не понимаю, что я вижу. Но потом медленно доходит. Это нога, бедро, кажется, женское. Только согнутое там, где должно быть прямым. Теперь понятно, почему женщина так кричит.

— Вы меня слышите? — спрашиваю я погромче.

— Помогииииите!!! — кричит женщина на выдохе. — Я рожааааю!!!

Глава 20

Срочное дело

Иван Иванович сидел в своём кабинете в ожидании приезда Неверова, и снова и снова прокручивал в голове имеющиеся факты и построенные на них гипотезы.

Неверов Алексей Вячеславович — пришелец из параллельного мира, это установленный и доказанный факт.

Система ему помогает — тоже факт. Он прекрасно помнил две системные директивы в отношении Неверова. И если распоряжение отправить иномирного енота на опыты можно было считать просто любопытством учёных, то вторая, не мешать на экзаменах — это уже незавуалированный частный интерес. И что любопытно — следов от той директивы не осталось, даже в логах. Так что даже предъявить нечего. То же самое с подсказками, которые получал уже сам Неверов от Системы, про ту же печень ящера. Кто знает, может, были и другие. Но даже этого уже достаточно, чтобы понять — Неверову кто-то покровительствует.

Кто-то, имеющий доступ в ЦУС, Центр Управления Системы. Только у тамошних Операторов достаточно прав доступа, чтобы показать на экране коммуникатора высокопоставленного сотрудника Главка сообщение и тут же удалить его без следов. Может, следы где-то и остаются, но тут уже у самого Иван Иваныча недостаточно допуска.

Но кому нужно помогать пришельцу из другого мира, возможно, шпиону? Тут вывод однозначен. Только такому же шпиону. Кроту, который засел глубоко в ЦУС.

Вполне возможно, сам Неверов обо всём этом не знает. Возможно, в его мире про аномалии вообще знают единицы, а его, Ивана Ивановича, родной мир стал площадкой для отработки технологии. И послать человека неосведомлённого, или с заблокированной памятью, но имеющего определённую подготовку, может быть не такой уж плохой идеей. Ничего не знает, или не помнить — и сказать ничего не сможет, даже под пытками. При этом в любом случае не откажет помочь человеку из своего мира, ведь он «своих не бросает». А для курьера этого достаточно!

Как ни крути, а нет ни одной разумной причины, почему кому-то из ЦУС помогать Неверову, кроме как там засел шпион. Ещё может оказаться, что это спецоперация кого-то из коллег. Что ж, тогда Ивану Ивановичу позвонят и попросят не мешать. Но это такой вариант, который можно отбросить, потому что он ничем не грозит. Даже выговора не будет, наоборот, ещё и поощрят за проявленную бдительность.

За два с половиной месяца наблюдения за объектом Иван Иванович перебрал сотни иных версий, и остановился на этой. В ЦУС сидит крот, который оттуда вылезать не собирается, при этом ему нужен курьер для передачи разведданных, и Неверов — кандидат на роль курьера. Вполне вероятно — посланный вслепую.

Вполне стройная и непротиворечивая рабочая гипотеза. Хоть и допущений немало.

Из своего богатого опыта Иван Иванович понимал, что хоть шпион и может связаться с Неверовым в любой момент через Систему, и уже делал это, однако разведданные через Систему не передашь, это слишком жирный след. Им необходимо встретиться. И вот в этот-то момент и надо их брать.

А пока ни одного следа не должно быть в электронно-цифровом виде. Система отслеживает всё, включая телефонные разговоры и передвижения.

И вот задача! Как при таких вводных спровоцировать Неверова на встречу с кротом, при этом убедиться, что именно переданная дезинформация послужила поводом для встречи?

Сегодня Иван Иванович собирался с Неверовым просто побеседовать. Пока никакой дезы, просто беседа. Чтобы у крота сложилось впечатление, что он Неверова и правда планирует привлечь к подкопу под руководство «Альфы». И копать, кстати, придётся, прикрытие у операции должно быть идеальным.

Вот только Неверов опаздывал. Не лучшая с его стороны идея, — подумал Иван Иванович слегка раздражаясь. А потом глянул новости и увидел про Байконур. Ну и, конечно, в камеру телевизионщиков попали знакомые лица. Что ж, выполнение своего долга — вполне уважительный способ не явиться на встречу. Даже похвально. Хотя мог бы и позвонить, предупредить…

Завибрировал телефон, и Иван Иванович, глянув на экран, приподнял бровь. Старый товарищ, вместе учились. Только судьба раскидала. Одному досталось место в Главке и распутывание «деликатных» дел, а другому — служба на границе, в Благовещенске.

— Здравствуй, Саша, — контрразведчик снял трубку. — Как жизнь, как дети?

— Да всё хорошо, Ваня, как у тебя? — ответил голос друга.

Встреча с Неверовым сорвалась, других дел на это время Иван Иванович не планировал, он с удовольствием отдался неторопливой беседе. И только когда уже всё обсудили, всех общих друзей и знакомых вспомнили, а кого-то и помянули, ему пришла в голову гениальная идея.

Он вдруг вспомнил старую шутку. Этот код они использовали ещё во время учёбы, когда ещё не было никакой Системы, да и мобильные телефоны только-только вошли в обиход. И вот, когда надо было дать понять собеседнику на другом конце «провода», что тебе надо срочно уйти, но сказать прямо ты этого не можешь, и просишь помочь, придумать предлог…

— Ладно, Саша, будете, как говорится, у нас на Колыме…

Саша соображал секунды три. И перешёл на деловой тон.

— Ваня, подожди, я тебе, собственно, не просто так звоню. Дело есть, но разговор не телефонный. Сможешь приехать?

— Надеюсь, это не срочно? — Иван Иванович позволил себе мимолётную улыбку.

— Срочно, Ваня, очень срочно, — подыграл Саша.

— Понял, — контрразведчик поднялся из-за стола. — Вылетаю ближайшим рейсом.

* * *

В первый момент на меня, честно говоря, нападает ступор. В каком смысле рожает???

Но уже через пару секунд до меня доходит реальность происходящего. И я начинаю оценивать обстановку. А рядом спускается Майя, с той же целью. Она переламывает химическую свечку и закидывает туда, к женщине. Зажмуриваюсь, но глаза быстро привыкают.

Беглый осмотр показывает, что женщина, в общем-то, почти не пострадала. С поправкой на обстановку вокруг, конечно.

Туалет — самый обычный, размером со школьный пенал, но в ней хозяева поставили дополнительную маленькую раковину, сбоку. И вот этой раковиной женщине бедро и сломало. Проблема для нас в другом. С таким животом мы женщину даже через дверь квартиры не протащим, а дальше тем более. Да и она явно не в том состоянии, чтобы куда-то лезть.

Женщина снова кричит, а Майя стоит, уставившись в экран Мити. Заглянув через плечо, вижу секундомер, и не трогаю.

Когда женщина затихает, Майя пытается с ней заговорить.